Армения держит курс к Западу, а в странах Центральной Азии усиливаются репрессивные меры в сфере цифровых технологий, серьезные нарушения прав человека среди LGBTQI+ в Узбекистане
Обзор ситуации, проект RESILIENT, июнь 2026
Проект RESILIENT проводит постоянный мониторинг нормативно-правовой базыв 10 странах ВЕЦА: Армении, Азербайджане, Беларуси, Грузии, Казахстане, Кыргызстане, Молдове, Таджикистане, Украине и Узбекистане. В этом обновлении команда проекта хотела бы обратить ваше внимание на события, связанные с гражданским пространством и влияющие на здоровье и права людей, живущих с ВИЧ (ЛЖВ), людей, употребляющих наркотики (ЛУН), LGBTQI+, секс-работников*иц (СР) и организаций, занимающихся борьбой с ВИЧ. Ознакомьтесь с предыдущими обновлениями.
Обновление охватывает 10 стран; вначале представлены последние изменения в законодательстве и инциденты, влияющие на гражданское пространство, а затем — новости о маргинализированных сообществах и организациях гражданского общества, работающих с ними. Армения выбрала путь демократии и ориентации на Запад, несмотря на тщательно скоординированную массированную кампанию дезинформации и скрытые действия со стороны России. Положительные изменения наблюдаются в Молдове — прогресс в направлении приведения наркополитики в соответствие с требованиями ЕС и отмены карательных и стигматизирующих наркоучетов — и на Украине — исключение статьи о передаче ВИЧ из Уголовного кодекса. В то же время все 5 стран Центральной Азии (Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан) сталкиваются с сужением гражданского пространства и усилением репрессивных цифровых мер, подрывающих гражданское пространство и свободу выражения мнения, что напрямую затрагивает маргинализированные сообщества. Кроме того, LGBTQI +-сообщество Узбекистана подвергалось рейдам, принудительным инвазивным осмотрам и отсутствию защиты от пыток в отношении представителей LGBTQI+-сообщества и секс-работников*иц.
Армения | Азербайджан | Беларусь | Грузия | Казахстан |
Кыргызстан | Молдова | Таджикистан | Украина | Узбекистан
Армения
Гражданское пространство
На выборах в Национальное собрание, состоявшихся 7 июня, партия премьер-министра Армении Никола Пашиняна одержала решающую победу, вновь подтвердив курс на сближение Армении с Западом. Последние несколько месяцев были особенно напряженными в связи с подготовкой к выборам в Национальное Собрание. В преддверии выборов Армения стала свидетелем масштабной и тщательно скоординированной кампании российского вмешательства. Пророссийские агенты организовали временное переселение более 100 000 граждан Армении, проживающих в России (где находится одна из наших крупнейших диаспор), в Армению исключительно для участия в голосовании, и они покинули страну сразу после дня выборов. Это было прямой попыткой склонить голоса в пользу пророссийского кандидата, миллиардера Самвела Карапетяна. В предвыборные месяцы усилились нападки и языком ненависти в адрес организаций гражданского общества и, в частности, LGBTQI+ организаций. Вместо того, чтобы защитить сообщество, правительство в основном дистанцировалось от этих вопросов, чтобы избежать политического резонанса.
Маргинализированные сообщества
Сообщество и организации LGBTQI+ столкнулись с, по всей видимости, скоординированными (по данным группы по проверке фактов Media.am: 1, 2, 3) кампаниями дезинформации и дискредитации в связи с выборами в Национальное собрание и нынешним проевропейским правительством. Кампания дезинформации, в основном подпитываемая пророссийскими каналами, была направлена на дискредитацию нынешнего правительства как про- LGBTQI+ (разрешение прайд-маршей, интеграция в ЕС, требующая утверждения прав LGBTQI+) и LGBTQI+ путем фальсификации их позиции как избирателей нынешнего правительства:
- Фотографии и видео НПО «Right Side» использовались в постах с ложной информацией о том, что LGBTQI+ собираются голосовать за нынешнее правительство, и что нынешнее правительство имеет связи с наркотрафиком, сексуальной эксплуатацией и поддерживает секс-работу в Армении (1, 2).
- Ряд постов с реальными и сгенерированными ИИ фотографиями и видео, а также с уничижительными высказываниями и языком ненависти были опубликованы поддельными аккаунтами в Facebook, в которых утверждалось, что LGBTQI+-сообщество Армении собирается голосовать за партию «Гражданский договор» (1, 2, 3).
- Дезинформация о том, что правительство разрешает и финансирует прайд-парад, в том числе об обвинении организации «Pink» (НПО «Правозащитник») в сотрудничестве с государственными органами (Министерством образования, науки, культуры и спорта) с целью организации прайд-парада — были созданы поддельные адреса электронной почты с использованием имен и фотографий сотрудников «Pink», а также был создан фальшивый профиль, объявляющий о проведении прайд-парадов. Правительственные чиновники выступили с публичным заявлением, в котором опровергли факт проведения прайд-парада (1, 2).
В мае 2026 года Национальное Собрание Армении приняло поправки к Уголовному кодексу и связанному с ним законодательству, которые ужесточили наказания за преступления, связанные с незаконным производством, приобретением, хранением, выращиванием и продажей наркотических средств. Поправки ввели более суровые санкции за незаконный оборот наркотиков, осуществляемый с использованием информационно-коммуникационных технологий (включая онлайн-платформы, такие как Telegram), за преступления с участием несовершеннолетних, а также за преступления, совершенные в крупных или особо крупных размерах. Поправки увеличили размеры штрафов и сроки лишения свободы за приобретение и хранение наркотических средств для личного потребления и удвоили размеры административных штрафов за хранение небольших количеств наркотических средств без намерения их распространения (1, 2, 3).
Азербайджан
Гражданское пространство
В апреле 2026 года государственное агентство по поддержке НПО объявило о работе над централизованной информационной системой, предназначенной для координации и отслеживания финансирования НПО, ведения единой базы данных и управления процессами финансирования через механизм «единого окна». Хотя это скорее административная, а не законодательная мера, она указывает на усиление государственного надзора за сектором НПО.
Маргинализированные сообщества
В период с марта по май 2026 года продолжалось сотрудничество между организациями гражданского общества (ОГО), государственными учреждениями и международными партнерами в контексте подготовки к 8-му циклу грантов Глобального фонда (GC8): представители сообществ и ОГО продолжали участвовать в национальных и региональных консультациях, координируемых через Страновой координационный комитет (СКК), направленных на обеспечение значимого участия заболеваниями затронутых сообществ, в разработке программ по ВИЧ и туберкулезу. В ходе консультаций гражданское общество и сообщества выразили ряд опасений:
- Ограничение условий деятельности НПО, включая проблемы, связанные с устойчивостью финансирования, административными требованиями и адаптацией к новым механизмам финансирования и регистрации.
- Число НПО, активно занимающихся предоставлением услуг в связи с ВИЧ и для ключевых групп населения, сократилось с примерно 12 организаций в 2020–2023 годах до примерно 4 организаций, которые в настоящее время активно реализуют программы по ВИЧ при поддержке Глобального фонда. С целью обеспечения устойчивости своей деятельности и удержания персонала некоторые организации искали возможности финансирования в других секторах и сократили или прекратили информационно-просветительскую, профилактическую, адвокационную и поддерживающую деятельность в связи с ВИЧ.
- Хотя не все организации полностью прекратили оказание услуг ключевым группам населения, сокращение возможностей финансирования, административные барьеры, неопределенность в отношении процедур финансирования, а также проблемы, связанные с механизмами регистрации и заключения договоров, способствовали постепенному сдвигу организационных приоритетов. В результате в некоторых районах это могло повлиять на доступность и масштаб услуг на уровне сообществ для людей, живущих с ВИЧ, людей, употребляющих наркотики, секс-работников*иц и LGBTQI+ сообществ.
В апреле Комитет по труду и социальной политике Милли Меджлиса обсудил поправки к Трудовому кодексу и закону «О наркологической службе и контроле», которые предусматривают усиление ответственности работодателей за трудоустройство людей с проблемами злоупотребления психоактивными веществами, а также меры по предотвращению трудоустройства лиц с наркотической зависимостью на определенные должности и в определенные профессии.
Беларусь
Гражданское пространство
По состоянию на март 2026 года ситуация со свободой ассоциаций в Беларуси оставалась неизменно неблагоприятной и не демонстрировала признаков улучшения. Lawtrend опубликовал обновленные ежемесячные мониторинговые отчеты о ситуации со свободой ассоциаций и положении организаций гражданского общества в Беларуси за март и апрель 2026 года. Эти отчеты подтверждают, что ситуация оставалась неизменно неблагоприятной, без признаков улучшения, и документируют продолжающееся давление на независимое гражданское общество, включая ликвидации, уголовные преследования, ограничения на участие в общественной жизни и продолжающееся использование обозначений «экстремизм» в отношении гражданских активистов. Кроме того, в апреле 2026 года белорусская правозащитная коалиция выступила с публичным заявлением в связи с признанием организаций «ПЕН-Беларусь», «Human Constanta» и Белорусского Хельсинкского комитета «экстремистскими формированиями», охарактеризовав это как преследование по политическим мотивам и часть более широкой государственной политики, направленной на подавление инакомыслия и стигматизацию организаций гражданского общества
16 марта 2026 года был принят Закон № 134-Z «О внесении изменений в законы о регулировании гражданского судопроизводства и гражданско-правовых отношений», который усиливает государственный контроль над общественными объединениями и процессами ликвидации. Lawtrend отмечает, что в отношении общественных объединений этот закон приводит правила ликвидации в соответствие с Гражданским кодексом, позволяет регистрирующему органу взять на себя ликвидацию, если в течение двух месяцев не назначена ликвидационная комиссия (или ликвидатор), и предусматривает, что оставшиеся средства или имущество ликвидированного общественного объединения поступают в доход государства после удовлетворения требований кредиторов. Lawtrend отмечает, что эти изменения усиливают государственный контроль над общественными объединениями и процессами ликвидации.
Маргинализированные сообщества
Ранее, в июле 2025 года, поправки к Закону «О правах ребенка» уже классифицировали «пропаганду гомосексуальных отношений, смены пола, педофилии и бездетности» как вредную для психологического здоровья детей, в апреле 2026 года Беларусь пошла еще дальше, введя прямую административную ответственность за так называемую «пропаганду». Согласно официальным государственным сообщениям, 15 апреля 2026 года Александр Лукашенко подписал закон «О внесении изменений в кодексы об административной ответственности», который ввел штрафы за «пропаганду гомосексуальных отношений, смены пола, педофилии и бездетности», с более суровыми санкциями в случаях, когда в этом участвуют несовершеннолетние. Human Rights Watch также сообщила, что белорусский парламент принял этот закон ранее в апреле 2026 года, охарактеризовав его как вдохновленную Россией меру, направленную на запрет так называемой «пропаганды» однополых отношений, «смены пола» и бездетного образа жизни.
Закон обеспечил более прочную правовую основу для ограничения информации, касающейся идентичности и прав LGBTQI+, выходя за рамки ранее существовавших положений о защите детей, и создает явную основу для привлечения к административной ответственности за публичное распространение такой информации, в том числе через онлайн-платформы и социальные сети.
Грузия
Гражданское пространство
Грузины уже 500 дней подряд протестуют против правящей партии «Грузинская мечта». Международные правозащитные организации и правовые органы широко документировали необоснованные ограничения «времени, места и формы». Власти часто используют эти ограничения для управления протестами, их маргинализации или нейтрализации.
15 апреля 2026 года парламент Грузии принял поправки к Закону о грантах, которые выборочно ограничивают сферу применения данного закона. Ключевые изменения включают: введение исключения для дипломатических и международных субъектов и расширение исключений в отношении определенных грантов (гранты, выдаваемые финансовыми и кредитными учреждениями; гранты, выдаваемые Грузинским обществом Красного Креста и получаемые им; а также существующие исключения для программ ЕС, Германской службы академических обменов (DAAD), международных спортивных организаций и индивидуального финансирования образования и научных исследований за рубежом). В целом эти изменения носят технический характер и не снижают существенно негативное воздействие широких и ограничительных поправок к Закону о грантах, принятых в 2025–2026 годах.
В статье Human Rights Watch говорится, что 1 мая 2026 года вступил в силу новый закон Грузии о централизованной базе данных в сфере здравоохранения (предписывающий создание единой базы данных, охватывающей людей с психическими расстройствами и тех, у кого диагностирована алкогольная или наркотическая зависимость), что создает серьезные риски нарушения неприкосновенности частной жизни и дискриминации, а также потенциально может удерживать людей от обращения за медицинской помощью и услугами в сфере психического здоровья.
Маргинализированные сообщества
В апреле 2026 года был опубликован аналитический доклад о ситуации с программами ОЗТ в Грузии (подтвержденный гражданским обществом и сообществами Грузии). В нем представлена подробная информация о том, как Опиоидная агонистическая терапия и снижение вреда в Грузии превратились из регионального успеха в кризис. Программа ОАТ Грузии представляет собой одно из наиболее значительных достижений в области общественного здравоохранения в регионе ВЕЦА: финансируемая государством система смешанной модели, которая за десятилетие способствовала снижению заболеваемости ВИЧ среди ПИН на 70% и сокращению национальной распространенности ВГС на 67%. Политика, проводимая в период с апреля 2025 года по март 2026 года, сводит на нет принципы, которые обеспечили успех этой программы. Обязательное лечение, принудительная смена препаратов, лишение доступа к бупренорфину/налоксону, постоянная регистрация в государственных базах данных и криминализация организаций гражданского общества, которые поддерживали, контролировали и отстаивали эту программу, представляют собой систематический демонтаж функционирующей системы общественного здравоохранения в пользу карательной модели, эффективность которой не подтверждается достоверными данными.
Казахстан
Гражданское пространство
Международный центр по некоммерческому праву (ICNL) указывает, что некоторые положения новой Конституции (вступает в силу 1 июля 2026 года) могут ограничить защиту основных прав и гражданских свобод, включая свободу ассоциаций и условия деятельности некоммерческих организаций. Кроме того, разрабатывается новый закон Республики Казахстан «О неправительственных организациях». Пока что наибольшую озабоченность вызывает не столько текст самого закона — поскольку его полный проект еще не опубликован — сколько политический контекст, в котором он разрабатывается: в 2025–2026 годах в Казахстане усилилась публичная риторика о контроле над иностранным финансированием и «иностранным влиянием» (1, 2, 3). Основная угроза заключается в том, что новый закон об НПО может стать инструментом ужесточения регулирования независимого гражданского общества, особенно организаций, получающих иностранное финансирование или занимающихся правозащитной деятельностью. Конкретные риски включают в себя присвоение статуса «иностранного агента», расширение обязательств по отчетности, усиление государственного надзора и расширение полномочий по расследованию деятельности НПО или применению к ним санкций.
Маргинализированные сообщества
Закон Республики Казахстан «О внесении изменений и дополнений в отдельные законодательные акты Республики Казахстан по вопросам архивного дела и ограничения распространения незаконного контента», принятый 30 декабря 2025 года, вводит официальный запрет на «пропаганду нетрадиционной сексуальной ориентации» с поправками к 8 законам. В марте–мае 2026 года не было заметных признаков его применения, за исключением «эффекта запугивания»: активисты, СМИ и правозащитные организации отмечают повышенную осторожность и самоцензуру из-за того, что определение «ЛГБТ-пропаганды» является широким и неясным.
В конце 2025 года был принят Комплексный план по борьбе с наркоманией и оборотом наркотиков в Республике Казахстан на 2026–2028 годы. Существуют опасения относительно его последствий для сообщества людей, употребляющих наркотики, поскольку он еще больше криминализирует наркопотребителей, делая сильный акцент на правоохранительной деятельности, планирует расширение тестирования на наркотики, усиление наблюдения и сбора данных, поощряет доносительство и не уделяет должного внимания снижению вреда.
Кыргызстан
Гражданское пространство
Право на свободу мирных собраний по-прежнему нарушается в Кыргызстане:
- 13 марта 2026 года правозащитница Толекан Исмаилова, активистка Бермет Борубаева и оператор-документалист Булат Сатаркулов были доставлены в Главное управление внутренних дел (ГУВД) в Бишкеке перед запланированной мирной акцией под названием «Право на свободу мирных собраний». Митинг был призван выразить протест против продолжающихся ограничений на проведение собраний в Первомайском районе Бишкека. По имеющимся сообщениям, их допрашивали около шести часов, после чего в тот же день отпустили. Организация Front Line Defenders выступила с заявлением, в котором задержание и допрос Исмаиловой и Борубаевой были названы произвольными и связаны с их запланированным протестом против продолжающегося запрета на проведение собраний, введенного в 2022 году.
- В марте 2026 года на общественное обсуждение был вынесен проект закона Кыргызской Республики «О внесении изменений в Закон Кыргызской Республики «О мирных собраниях», предусматривающий значительное расширение полномочий органов местного самоуправления по определению мест проведения мирных собраний и маршрутов шествий; предусматривающий возможность проведения собраний в специально выделенных местах, определяемых местными властями, что фактически ограничивает действующий принцип свободного выбора организаторами места проведения собрания. Проект предлагает исключить ряд положений, ограничивающих вмешательство государства в определение места и маршрута мирных собраний. Правозащитные организации и эксперты выразили обеспокоенность тем, что эти изменения могут противоречить международным стандартам в области свободы мирных собраний и привести к дальнейшему сужению пространства для проведения публичных демонстраций и протестов.
- Организаторам ежегодного мероприятия 8 марта (Международный женский день) было отказано в разрешении на проведение шествия в Бишкеке по традиционному маршруту, и им было предоставлено разрешение на проведение мероприятия в парке им. М. Горького, где они провели мирную демонстрацию, посвященную борьбе с гендерным насилием.
Маргинализированные сообщества
Очень тревожная инициатива, связанная с ВИЧ: в апреле 2026 года на общественное обсуждение был вынесен законопроект «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Кыргызской Республики (в Семейный кодекс Кыргызской Республики, Закон Кыргызской Республики «О документах, удостоверяющих гражданское состояние»)», предусматривающий обязательные медицинские осмотры для лиц, вступающих в брак, включая тестирование на ВИЧ.
Организации гражданского общества и общинные организации, занимающиеся проблемами ВИЧ и ключевых групп населения, продолжают практиковать самоцензуру: они избегают публичной защиты определенных вопросов из-за опасений негативных последствий. Наиболее чувствительными вопросами остаются те, что касаются прав LGBTQI+, программ снижения вреда для людей, употребляющих наркотики, декриминализации определенных форм поведения среди ключевых групп населения, а также защиты прав секс-работников*иц. Представители ОГО отмечают усиление самоцензуры в публичных выступлениях, более осторожное использование терминологии в социальных сетях и отказ от проведения открытых информационных кампаний по определенным темам. Эта практика обусловлена опасениями усиления контроля со стороны государственных органов, рисками публичной стигматизации, потенциальными обвинениями в пропаганде «нетрадиционных ценностей» или употребления наркотиков, а также общим сужением гражданского пространства. В некоторых случаях организации предпочитают проводить мероприятия в закрытом формате или использовать нейтральную терминологию вместо прямого упоминания LGBTQI+, людей, употребляющих наркотики, и других ключевых групп.
Представители LGBTQI+ сообщества по-прежнему подвергаются риску задержания, преследования и запугивания. В период с марта по май 2026 года продолжались последствия рейдов и проверок заведений, связанных с LGBTQI+ сообществом. Видеозаписи посетителей таких заведений, на которых четко видны их лица, распространялись в социальных сетях и мессенджерах, а также публиковались некоторыми блогерами и общественными деятелями в стигматизирующем контексте. Такие действия создают риск аутинга, публичных преследований и усиления внимания со стороны правоохранительных органов.
Преследование секс-работников*иц со стороны правоохранительных органов также продолжается в виде рейдов, направленных на выявление лиц, предоставляющих сексуальные услуги. В мае 2026 года в Первомайском районе Бишкека сотрудники Управления внутренних дел провели оперативно-превентивную операцию, в результате которой было составлено пять административных протоколов по статье 109² Кодекса о правонарушениях Кыргызской Республики («Занятие проституцией») и наложены административные штрафы.
Молдова
Маргинализированные сообщества
Хорошие новости из Молдовы, тут предприняты шаги по:
- Отмене существующей системы регистрации наркозависимых (наркоучета), которая, благодаря своему обязательному, карательному и стигматизирующему характеру, продолжает создавать барьеры для доступа к лечению, подрывая доверие к системе здравоохранения и препятствуя развитию добровольных, конфиденциальных и комплексных услуг в сфере расстройств, связанных с употреблением психоактивных веществ, включая ПТАО; и
- Гармонизации наркополитики со Стратегией ЕС по наркотикам и европейскими стандартами в сферах здравоохранения, защиты данных и прав человека в рамках Соглашения об ассоциации между Республикой Молдова и Европейским союзом и связанных с ним актов.
В связи с этим в период с октября 2025 года по май 2026 года на национальном уровне произошел ряд ключевых изменений:
- начата разработка Стратегии по наркотикам и наркозависимости на 2026–2032 годы (при технической поддержке Совета Европы и Группы Помпиду);
- законодательство, направленное на подготовку Молдовы к вступлению в Европейский Союз (Постановление Правительства № 306/2025), четко устанавливает необходимость перехода к модели оказания помощи лицам с расстройствами, связанными с употреблением психоактивных веществ, основанной на правах человека, здравоохранении и снижении вреда;
- Министерство здравоохранения сформировало и утвердило рабочую группу по внесению изменений в нормативные документы, касающиеся оказания наркологической помощи и регистрации лекарственных средств в Молдове, а также по внесению поправок в Закон № 713/2001 «О контроле и профилактике злоупотребления алкоголем, употребления незаконных наркотиков и других психоактивных веществ».
Тем не менее, появляются и инициативы, направленные на сдерживание прогресса. В предыдущем обзоре отмечалось, что в декабре 2025 года Министерство внутренних дел представило на общественное обсуждение проект закона о внесении изменений в ряд нормативных актов в сфере предотвращения и борьбы с незаконным оборотом наркотиков № 1026/MAI/2025, сохраняющий и усиливающий карательный подход к употреблению наркотиков и вводящий дополнительные обязательства по сообщению о «подозреваемом употреблении», что вызвало серьезную озабоченность с точки зрения права на здоровье, конфиденциальности и доступа к услугам снижения вреда.
9 апреля 2026 года возник новый законодательный риск: фракция «Наша партия» во главе с лидером партии Ренато Усатым представила в парламент законопроект № 119 о внесении изменений в Уголовный кодекс с целью ужесточения наказаний за незаконный оборот наркотиков. Законопроект предлагает увеличить сроки лишения свободы за незаконное распространение наркотиков в крупных или особо крупных размерах, введения наркотических средств другому лицу и содержания наркопритонов, предусматривающие наказание в виде лишения свободы на срок до 20–25 лет или пожизненного заключения, а также ужесточение ответственности для организованных групп и юридических лиц. По мнению гражданского общества, чрезмерно суровые наказания без четких гарантий, позволяющих проводить различие между организованным оборотом и личным употреблением, могут создать риск уголовного преследования для людей, употребляющих наркотики, усугубить их стигматизацию и оттолкнуть их от медицинской и социальной помощи, а также от услуг по снижению вреда. 29 мая 2026 года на заседании Правительства законопроект № 119 получил отрицательное заключение.
Таджикистан
Гражданское пространство
Хотя в мае 2026 года в Душанбе прошла конференция, посвященная Всемирному дню свободы прессы, на которой обсуждались свобода СМИ, инновации и безопасность журналистов, Индекс свободы прессы показывает, что Таджикистан опустился со 153-го места в 2025 году на 155-е в 2026 году (из 180). Давление со стороны правительства вынудило закрыться многие независимые СМИ, в том числе газету «Озодагон» и новостной сайт «Ахбор», а также заставило десятки журналистов уехать в изгнание. Доступ к интернету имеет менее половины населения. Практически постоянная блокировка крупных новостных сайтов и социальных сетей вынудила многие таджикские СМИ перенестись за границу. Иностранные журналисты работают под угрозой отзыва аккредитации, если она не была отклонена изначально.
Заметным изменением стали поправки к Налоговому кодексу от 11 марта 2026 года, которые внесли улучшения в налоговый режим для определенных категорий налогоплательщиков, включая общественные организации и другие некоммерческие организации (НКО). Процедура ликвидации была упрощена для более широкого круга субъектов, включая НКО, за счет отмены требования о проведении выездной налоговой проверки при прекращении деятельности. Хотя это и является положительным шагом, он не устраняет системные ограничения, с которыми сталкиваются организации гражданского общества: требования к отчетности, контроль за иностранным финансированием и сложные процедуры регистрации.
На своей сессии в Женеве 14–15 апреля 2026 года Комитет ООН против пыток (КПП) рассмотрел четвертый периодический доклад Таджикистана об осуществлении Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения или наказания. Представители гражданского общества представили выводы, охватывающие ключевые события со времени последнего обзора и касающиеся изменений в законодательстве и политике, определения пыток, статистических данных, сроков давности и амнистий, правовых гарантий, расследований, правовой защиты и исключения доказательств, полученных под пытками, а также пыток и жестокого обращения в случаях домашнего насилия, в отношении ЛГБТ-людей и в вооруженных силах. Это свидетельствует о том, что независимые ОГО продолжают действовать, хотя и в ограниченном пространстве.
Маргинализированные сообщества
В мае 2026 года были задержаны пять блогеров — Идибек Косимов, Фаррух Алимов, Муборакшу Алохонзода, Джоми Олимов и Фотима Гасанова. Министерство внутренних дел заявило, что во время прямых трансляций в Instagram, Facebook, TikTok и Imo они использовали нецензурную лексику, оскорбления и демонстрировали поведение, которое было охарактеризовано как «выходящее за рамки морали и культуры». Четверо мужчин были наказаны 12 сутками административного ареста, а одна блогерша — штрафом. Этот случай показывает, что государственный контроль в Таджикистане не ограничивается деятельностью СМИ, НПО и активистов гражданского общества. Преследование блогеров за контент, признанный «аморальным», свидетельствует о расширении слежки на неполитическую цифровую коммуникацию и повседневное поведение пользователей социальных сетей. Это указывает на широкий охват механизмов мониторинга интернета, затрагивающих всех граждан.
Украина
Гражданское пространство
В мае 2026 года прошли публичные демонстрации и протесты против проекта нового Гражданского кодекса Украины. 28 апреля 2026 года Верховная Рада приняла в первом чтении проект Гражданского кодекса № 15150. Правозащитные и феминистские организации раскритиковали проект из-за рисков ограничения прав женщин, детей, LHBTQI+ и людей с ограниченными возможностями, а также потенциальных угроз свободе слова и правам собственности. Также была зарегистрирована петиция против нового Гражданского кодекса, которая собрала необходимые 25 000 подписей менее чем за сутки. Среди критических замечаний были нечеткое понятие «добропорядочности», риски для женщин после развода, выплаты алиментов на детей, а также права LGBTQI+ пар и других уязвимых групп.
Маргинализированные сообщества
В период с марта по май 2026 года НПО, предоставляющие услуги по профилактике ВИЧ и снижению вреда, столкнулись с усилением финансовых и операционных барьеров. Поскольку международное финансирование, в том числе со стороны США, сокращается, НПО вынуждены полагаться на национальное финансирование, а практика заключения договоров Центра общественного здравоохранения представляет собой существенное препятствие. В частности, обязательная телефонная верификация клиентов и увязывание финансирования с уровнем верификации создают риск того, что за фактически оказанные услуги не будет произведена оплата (в случае отсутствия верификации). В совместном заявлении НПО и представителей ключевых сообществ от 21 апреля 2026 года подчеркивается, что проверка должна быть инструментом обеспечения качества, а не условием для финансирования, и что все фактически оказанные услуги должны быть оплачены независимо от уровня телефонной проверки. Это особенно важно, поскольку для многих организаций государственные контракты на профилактику ВИЧ остаются одним из немногих источников выживания, что также ограничивает возможности для открытой адвокации.
12 марта 2025 года Верховная Рада приняла законопроект № 9398, предусматривающий исключение конкретной статьи из Уголовного кодекса о передаче ВИЧ и других неизлечимых инфекционных заболеваний, а также переквалификацию таких дел в соответствии с общими положениями о причинении вреда здоровью. Правозащитные организации и организации, оказывающие услуги в сфере ВИЧ, рассматривают это как шаг к декриминализации ВИЧ и снижению стигмы.
Нет новостей о ранее внесенных законопроектах, содержащих положения о «пропаганде наркотиков» и «пропаганде ЛГБТ».
Узбекистан
Гражданское пространство
Узбекистан — одна из стран, где крайне остро стоят проблемы сужения гражданского пространства и цифровых репрессий. Здесь наблюдается рост числа жалоб, кибератак и кампаний по блокировке сайтов, а также попыток ограничить доступ к независимой информации. Ужесточение правил кибербезопасности (УП-38) и правил защиты персональных данных (ЗРУ-1125) повышает риск «непреднамеренных нарушений» и давления со стороны контролирующих органов. В недавней статье sarpa media отмечается, что, хотя официально в Узбекистане уже 20 лет нет цензуры, она не исчезла, а лишь изменила свою форму. В нем указывается, что такие темы, как права и защита уязвимых групп (включая LBGTQI+, секс-работников*иц и людей, употребляющих наркотики), дискриминация и насилие со стороны государственных служащих, публичная критика государственных органов или политики, а также любой контент, который может быть «переквалифицирован» как «аморальность/экстремизм/нарушение правил платформы», подвержены наибольшему риску цензуры и репрессий.
Маргинализированные сообщества
Первые 6 месяцев 2026 года в Узбекистане ознаменовались рейдами, принудительными инвазивными осмотрами и отсутствием защиты от пыток для сообщества LGBTQI+ и секс-работников*иц. Официальные данные государственной системы указывают на резкое увеличение числа дел по статье 120 с 23 случаев в 2020 году до 71 случая за первые девять месяцев 2025 года (Статья 120 Уголовного кодекса Республики Узбекистан криминализирует добровольные сексуальные отношения между мужчинами и предусматривает наказание в виде ограничения свободы на срок от одного до трех лет или лишения свободы на срок до трех лет). Особую озабоченность вызывают случаи арестов, когда сотрудники правоохранительных органов проводят массовые задержания, требуют от задержанных разблокировать свои телефоны, используют личную информацию для угроз и давления, а затем направляют задержанных на принудительные инвазивные судебно-медицинские освидетельствования, включая анальные осмотры, которые являются жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство обращением, а в некоторых случаях — пыткой.